Анализ Опасностей и Оценка техногенного Риска

Наш опрос

Опыт крупных промышленных аварии в РФ (СШГЭС-09, Распадская-10, Кольская-11, Воркутинская-13)
Всего ответов: 292

читальный Дневник

Главная » 2013 » Июль » 23 » Учебник истории: кавалерийская атака и первые потери
Учебник истории: кавалерийская атака и первые потери
09:54
http://problemanalysis.ru/mission/kolonka-kara-murzi/kolonka-kara-murzi_93.html


Послушав и почитав доклады умных людей, историков и социологов, можно сделать такой комментарий, опираясь на их тексты.

Прежде всего, не был уточнен предмет разговора. Часто подменяют смысл слова «история» и говорят о разных вещах. История как реальность прошлого, как предмет науки или как предмет школьного образования – разные вещи. Они настолько разные, что лежат в плоскостях, которые пересекаются, но практически не соприкасаются. Споры академиков-историков и политиков из наших национальных республик напоминают разговоры глухих – каждый о своем. Федеральные политики пытаются их примирить, но как это сделать, если они говорят о разных вещах?

История как наука дает нам лишь модели прошлого, отбирая из реальности ничтожную выборку фактов. Это не истинное знание о прошлом, а именно модели –инструмент познания, чтобы конструировать систему координат для настоящего и будущего. Хороший историк дает крупицу достоверного знания, но она не раскрывает истину. Из прошлого можно создать множество моделей, несовместимых между собой, причем опираясь на факты. Опираясь на эту науку, единого учебника нельзя составить в принципе.

А какова политика центра в лице Минобрнауки? Вот 2001-й год, Министерство образования ставит гриф на учебник "Отечественная история ХХ века", в конце раздела контрольный вопрос: «Согласны ли Вы, что в России создано полицейское государство?» - школьник должен обдумать эту мысль Явлинского. Это педагогический абсурд, в конце 2003 года гриф сняли, а первый замминистра объяснил: «Для девяностых годов такой учебник был нормален». Как это понять: тогда вся страна была сумасшедшим домом?

Тут не при чем демократия. История как наука ищет знание исходя из ограничений своих моделей прошлого. А история в образовании исходит из ограничений восприятия школьника. И сообщать ему даже достоверное знание, разрушающее его образ мира, граничит с преступлением. Ибо знание – сила, а воздействовать на ребенка силой надо осторожно.

Государство должно охранять школу, чтобы она вырастила гражданина, любящего свою страну, как мать. Вырастет, узнает о ней горькую правду – и справится с ней, лишь осознает свою ответственность. А кем вырастет подросток, которому в школе ушибут голову «правдой ГУЛАГа»? Он вырастет мстителем – неважно кому и за что.

Спросите первоклассника: «Кто такой Сталин?» Ответит: «Это был наш командир в войне с фашистами». Остальные детали в его маленьком образе мира отброшены. А в четвертом классе его подвергают «десталинизации», такой грубой, что образ мира раскалывается. Учитель, как и врач, не имеет права «срывать маски» и «показывать изнанку». В школе нет места плюрализму без берегов, это особое пространство. Надо было прежде всего определиться в этом вопросе, а не смешивать научное знание с «семейным преданием».

Пока что Россия для детей и подростков – «общество риска», взрослые контужены культурной травмой Великой капиталистической революции. В такое время коллективное представление о прошлом – едва ли не главная спасительная связь. А в школе учитель истории – главный врач для раненной детской души. От него ждут, чтобы он связал цепь времен, хоть временными связями. Тут – вызов для преподавателя истории. Перед ним сложнейшая задача – ликвидировать разрыв непрерывности в истории государства. Это трудно, ведь новую власть в основном представляют люди, которые крушили прежнее государство и уничтожали его образ. Теперь они должны «поступиться принципами», бросить эту жертву на алтарь примирения. Задача большевиков была легче – работу по свержению монархии совершили в феврале либералы, а своего государства не создали.

А в среде историков надо, наконец, договориться о моратории на ведение холодной гражданской войны, хотя бы на некоторых направлениях. Дайте населению передышку! Тут требуются политические решения государства. Ведь не зря принималась доктрина информационной безопасности...

Историческое образование как инструмент нациестроительства — важная проблема России. Здесь масса не решенных и даже не осознанных задач. Этот срез истории — и не наука, и не преподавание. Это — создание предания России, обновленного с учетом кризисов, катастроф и расколов ХХ века.

Мы погрязли в актуальных конфликтах. А история должна отлить образ первой половины ХХ века в бронзу предания. Это позволит мирному населению заняться актуальными проблемами и прекратить войну призраков. Школьная история должна лечить, а не растравлять старые раны. Выходит учебник – и начинаются публичные взаимные обвинения с обеих сторон. В какое положение это ставит преподавателей и учеников?

Предание как инструмент сборки нации — это синтез рационального знания с художественными образами и даже мистикой. Тексты и фильмы, картины и оперы, запечатлевшие предание, сосуществуют с наукой и учебниками, в норме не заменяя друг друга и не вступая в борьбу. Воссоздать такую систему —вопрос в национальной повестке дня России. От качества этой системы зависит, по какому пути пойдет развитие русского национализма и национализма нерусских народов России. Сама собой эта система не сложится.

К сожалению, идея о создании единого учебника по истории была заявлена без необходимой подготовки – и сразу обострила конфликты и между сторонниками и противниками СССР, и между интеллектуалами этнических групп. Сырой конфликтогенный проект вбросили в общественное сознание, хотя прежде требовалось провести несколько программ и заключить целый ряд пактов. 

Вот, была учреждена «Комиссия по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России». Это нечто вроде гражданского суда в сфере истории. Но в отличие от самосуда суд должен опираться на писаные «законы». В данном случае профессиональное сообщество должно было бы, с участием представителей государства, выработать критерии для выявления фальсификации, определения интересов России и оценки ущерба. Ведь сегодня именно эти понятия и составляют предмет разногласий. Это непростая проблема, но ее надо было решать.

Следовало бы на самом высоком политическом уровне провести всероссийское совещание по принципам этнической истории России в ее образовательном срезе. Конечно, требуется обновить и методологию социальной истории, и все же, искажения в этнической истории создают более актуальные и острые проблемы. Укореняясь, стереотипы этнонационализма резко затрудняют сборку гражданской нации, разрывают страну. А ведь многие преподаватели истории стали активными пропагандистами идей этой тупиковой идеи этничности, пусть из лучших побуждений.

Неподготовленная наступательная операция осложнила положение. Нужно извлечь уроки, перегруппироваться и переломить ситуацию.

Попробуем в следующем комментарии провести простейший структурно-функциональный анализ проблемы «единый учебник истории».

С.Г. Кара-Мурза
http://problemanalysis.ru/mission/kolonka-kara-murzi/kolonka-kara-murzi_93.html


Просмотров: 685 | Добавил: safety

Форма входа

Календарь

«  Июль 2013  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

Поиск

Друзья сайта

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0